Содержание
- 1 Ветхий завет использует слово «шеол», но это не ад, а место для всех умерших
- 2 Есть точка зрения, что Шеол — это имя богини
- 3 Идея об аде параллельно имелась в других культурах, но везде он разный
- 4 В Новом Завете Иисус Христос описывает ад, как место для грешников
- 5 Геенна огненная — это не ад, а огненное озеро для окончательной кары грешников
- 6 Мы не знаем, что такое ад на самом деле и какая участь ждёт душу
Об аде есть масса представлений, которые никак не вяжутся с христианской традицией. На двух из трёх картинок ад — это обязательно пламя, демоны с трезубцами и развратно облачённые девицы, изображающие похоть.
Но Библия про ад ровным счётом ничего такого не рассказывает. Христианство в целом и православие в частности имеет куда менее живописное представление об этом месте.
Ветхий завет использует слово «шеол», но это не ад, а место для всех умерших
В первых книгах Священного Писания иудеи использовали слово «шеол». В процессе перевода на греческий его заменили на «хадес». В обоих случаях это не место мучений грешников, а обитель для всех умерших.
В переводе на русский язык многие места из Библии исказились. Всё дело в том, что у нас в языке не нашлось нейтрального слова между «раем» и «адом». Пожалуй, стоило бы использовать какое-нибудь словосочетание вроде «царство мёртвых», но переводчики пошли неправильным путём.

Они заменили «шеол» и «хадес» на «ад». Из-за этого у многих читателей Библии возникают совсем неправильные ассоциации при виде таких стихов:
«И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нём всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом, и голодом, и мором, и зверями земными».

А ещё «шеол» переводится как «могила», так что ряд Библейских отрывков можно перевести без сверхъестественных смыслов. В русском переводе допущено ещё одно большое упущение: «шеол» местами переводят как «преисподняя», что в корне неверно.
«Преисподняя» — относительно новое слово. Его значение явно не эквивалентно шеолу, хотя переводчики так не считали. Они опирались на поздние представления об аде, к сожалению, в большинстве своём слишком вольные.
Шеол — это не место воздаяния, а тёмная, мрачная могила, куда попадёт каждый человек. Иаков говорит:
«Сойду к сыну моему в шеол».
Иезекия говорит: «В преполовение дней моих должен я идти во врата шеола».
Шеол — это мрачное, темное место где-то внизу:
«Если бы я и ожидать стал, то шеол — дом мой; во тьме постелю я постель мою; Гробу скажу: ты отец мой, червю: ты мать моя и сестра моя. Где же после этого надежда моя? и ожидаемое мною кто увидит? В шеол сойдет она и будет покоиться со мною в прахе».
Чем занимается после смерти человек в шеоле? Спит смертным сном:
«Призри, услышь меня, Господи Боже мой! Просвети очи мои, да не усну я сном смертным».
Даже сам Христос трижды называет смерть сном. Вот один из примеров:
«Говорит им … Лазарь, друг наш, уснул; но Я иду разбудить его. Ученики Его сказали: Господи! если уснул, то выздоровеет. Иисус говорил о смерти его, а они думали, что Он говорит о сне обыкновенном. Тогда Иисус сказал им прямо: Лазарь умер».
Есть точка зрения, что Шеол — это имя богини
Согласно одной непопулярной точке зрения, Шеол (Шеоль) — имя западносемитской богини загробной жизни. Почву для такой догадки дают следующие стихи:
«Так как вы говорите: «мы заключили союз со смертью и с преисподнею сделали договор: когда всепоражающий бич будет проходить, он не дойдет до нас, – потому что ложь сделали мы убежищем для себя, и обманом прикроем себя».
«Как овец, заключат их в преисподнюю; смерть будет пасти их, и наутро праведники будут владычествовать над ними; сила их истощится; могила — жилище их».
А преисподняя в оригинале — Шеоль, вероятно, его супруга. Мы видим, что речь здесь явно не о местах, а о конкретных сущностях. Позднее эта же формула «смерть и ад» перекочевала в Новый Завет.
«И смерть и ад повержены в озеро огненное. Это смерть вторая. И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное».
Идея об аде параллельно имелась в других культурах, но везде он разный
Нас сейчас интересует, что говорит Библия про ад, так что об аде в других религиях только пробежимся. Индуисты не говорили об вечном аде, но допускали, что есть миры хуже нашего. Для человека они — это ад. С развитием веры в реинкарнцию попадание в такие миры стала карой за грехи.
Даосисты уверены, что ад — это ступень очищения, через которую нужно пройти всем умершим. Буддизм говорит про разные адские уровни, где грешная душа может в течении длительного времени очиститься.

В древней Месопотамии ад является местом окончательного упокоения человека. Отсюда некогда смогла выйти лишь богиня Иштар. Место неприятное, но не наполненное страданиями. В исламе ад — место, где горит огонь вечный, а грешников поют напитками из гноя.
У греков был аид — единое место для умерших (кроме избранных). Здесь царит мрак, живут тени, жизнь и радость не посещают эти места. Ещё греки рассказывали про тартар, но в эту темницу попадали не люди, а титаны, заключённые на веки веков.
В Новом Завете Иисус Христос описывает ад, как место для грешников
Ад Нового Завета не всегда эквивалентен аду Ветхого Завета. Сложно провести чёткое разграничение между этими понятиями.
Как и Шеол, ад Нового Завета имеет врата:
«Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её».
Если в Христе человека ждёт жизнь вечная, то ад должен быть ей противопоставлен, как вечная смерть:
«Знает Господь, как избавлять благочестивых от искушения, а беззаконников соблюдать ко дню суда, для наказания… Это безводные источники, облака и мглы, гонимые бурею: им приготовлен мрак вечной тьмы».
Однако это не согласуется с идеей о вечных муках. Если те, кто не записан в книге жизни, то кому предначертаны вечные страдания?
Если отталкиваться от слов самого Господа, то человек свой выбор сделал однозначно:
«И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь».
Адам не выбрал для себя и потомков вечные муки. Он избрал смерть. Но эта смерть не будет вечной. После второго пришествия Иисуса Христа будет Страшный Суд. На нём оживут все умершие, и тогда Бог распределит их между раем и геенной огненной.
Огненная геенна — это не ад, а нечто другое. Это вторая смерть. О ней поговорим дальше. Пока нам важно то, что ад не вечен. И ад — это не место из огня, наполненное демонами. Это мрак, могила, долгий сон.
Геенна огненная — это не ад, а огненное озеро для окончательной кары грешников
Геенна огненная — это местность Гэй бен-Ином в Иерусалиме. Есть мнение, что здесь язычники сжигали детей. Позднее это название стало ассоциироваться с огненным озером, в котором в конце времён в результате Страшного суда должны сжечь и грешников, и ад, и вообще всё плохое.
«Змии, порождения ехиднины! как убежите вы от осуждения в геенну?»

Сгорят ли они сразу или будут мучиться вечно? С одной стороны, Иисус говорил о вечном огне:
«И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную».
С другой — в Библии десятки примеров, когда что-то обещано навечно, но таковым не является.
«И сказал Господь Аарону: вот, Я поручаю тебе наблюдать за возношениями Мне; от всего, посвящаемого сынами Израилевыми, Я дал тебе и сынам твоим, ради священства вашего, уставом вечным»
«Ты соделал народ Твой Израиля Своим собственным народом навек, и Ты, Господи, стал Богом его».
В обоих случаях вечности не получилось. Да и с вечными муками не всё однозначно. Быть может, речь о вечном огне, а не о муках:
«Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его».
Так будет ли это наказание действительно вечным? Мы этого не знаем. Книги всё же пишут люди, даже если это священные книги, вдохновлённые Святым Духом. А люди могут ошибаться.
Мы не знаем, что такое ад на самом деле и какая участь ждёт душу
Справедлив вопрос о том, что если человек и есть душа, может ли он испытывать физические страдания в аду? И этот вопрос решают по-разному. Кто-то считает, что душе это свойственно, кто-то говорит, что ад — это моральные страдания, а кто-то напоминает, что всех воскресят телесно, так что органы осязания у людей будут.
Относительно споров о природе ада исследователь Валерий Татаркин пишет:
«Стоит отметить, что в церкви всегда существовали учения, не поддерживаемые большинством, которые возвещали отсутствие «вечного ада» и восстановление всего тварного на земле в исходное состояние.
Подобные теологические концепции ряд богословов именует «Апокатастасисом» (др. греч. άποκατάστασις — восстановление), а их приверженцев — «оптимистами».
О конечности адских мук или всеобщем спасении высказывались такие известные в церкви личности, как христианский проповедник Климент Александрийский (150 — 215 гг.), христианский ученый богослов Ориген (185 — 254 гг.), возведенный в ранг «святых» епископ Григорий Нисский (335 — 394 гг.), слепой богослов Дидим Александрийский (ум. в 395 г.), христианский писатель Исаак Сирин (VII век) и другие».


А философ Николай Бердяев горячо отстаивает веру в то, что вечные муки никак не могут быть справедливым финалом чьей-либо жизни:
«Невозможно примириться с тем, что Бог мог сотворить мир и человека, предвидя ад, что он мог предопределить ад из идеи справедливости, что он потерпит ад как особый круг дьявольского бытия наряду с Царством Божьим.
С божественной точки зрения это означает неудачу творения. Ад объективированный, как особая сфера вечной жизни, совершенно нетерпим, немыслим и просто несоединим с верой в Бога.
Бог, сознательно допускающий вечные адские муки, совсем не есть Бог, он скорее походит на дьявола. Вера в Христа, в Христово Воскресение и есть вера в победимость ада.
Вера же в вечный ад есть, в конце концов, неверие в силу Христа, вера в силу дьявола.
Вне Христа трагическая антиномия свободы и необходимости неразрешима, и ад в силу свободы остается необходимым».
Оставляя комментарий, Вы принимаете пользовательское соглашение